Как будет выглядеть страна, если объединенная оппозиция реализует свою наполовину либеральную, наполовину социалистическую программу

В начале августа ключевые претенденты на победу на парламентских выборах 2012 года опубликовали свои предвыборные программы. Forbes.ua задался вопросом, какой была бы Украина, если бы каждая из партий получила возможность их реализовать. Первый пример – Украина-2017 по версии объединенной оппозиции.  Ее программа – с одной стороны, манифест либералов, обещающих навсегда покончить с азаровщиной и всесильной налоговой службой. А с другой – это программа социального равенства без оглядки на последствия для бюджета.

Бизнес на подъеме

Киев, лето 2017 года. На улице – привычная 40-градусная жара, но в помещении «универсама услуг» – полумрак и прохлада. В очереди к «универсаму» (так  называется «единое окно» административных услуг для бизнеса и населения) стоят с десяток человек.

С тех пор, как такие единые окна заработали по всему государству, общение с госорганами значительно упростилось, любую справку или разрешение получить гораздо проще, чем еще в 2012-м. Да и вообще, с момента прихода объединенной оппозиции к власти делать бизнес в Украине стало намного проще. Сразу после парламентских выборов 2012 года, на которых оппозиция «взяла верх», Налоговый кодекс был отменен. Вместо него был принят Кодекс экономического развития. Число налогов сократилось до 7, ставка НДС – снижена до 15%, малый и средний бизнес получил льготный налоговый режим, размер единого социального взноса резко снизился.

В 2012 году Украина занимала в рейтинге Doing Business 181 место в мире из 183. Вырваться в лидеры к 2017-му Киеву не удалось, но подняться на пару десятков позиций оказалось вполне возможно.

Вторым важным шагом нового состава парламента стало уменьшение полномочий налоговой и обеспечение независимости украинских судей. Рада отказалась от внеплановых проверок, ликвидировала систему «смотрящих» за бизнесом и дала решающий бой коррупции.

По окончании инвентаризации земли новая власть запустила свободную торговлю ей, – хотя, пытаясь избежать намеренного занижения ее стоимости, установила на землю минимальную цену, отталкиваясь от существовавших в 2012 году «теневых тарифов» – $300-1000 за 1 га, по оценке Андрея Патиоты, старшего аналитика компании «АРТ Капитал». Такой «входной порог» никого не смутил, и котировки украинских аграрных компаний снова взлетели.

Все это могло бы вывести страну в лидеры по деловой активности в регионе. Если бы не популизм. Ведь с 2012 года в Украине увеличилось не только число мелких ресторанчиков, магазинов и прочих малых предприятий. Кратно выросло и число бабушек, стоящих с протянутой рукой.

Не хватило бюджета

Как только объединенная оппозиция (ОО) выиграла выборы, ее руководство попыталось выполнить свое главное обещание – повысить социальные стандарты. Уже в бюджет 2013 года заложили амбициозные показатели роста социальных расходов. Все пенсии повышены на обещанные 334 грн., прожиточный минимум и минимальная зарплата выросли до 2400 грн. Кроме того, оппозиция отменила пенсионную реформу, вернув страну к солидарной системе пенсионного обеспечения.

И – своей щедростью и заботой о 13 миллионах пенсионеров создала большую дыру в госбюджете.

Вообще-то, оппозиция надеялась, что сможет перекрыть рост соцвыплат за счет реализации двух своих ключевых программ – антимонопольной и антикоррупционной. Кроме того, источниками средств должны были стать сокращение расходов на аппарат, отмена льгот для богатых, внедрения налогов на операции с офшорами и т.д..

Андрей Пышный, заместитель руководителя Центрального штаба ВО «Батьківщина» и член политсовета партии «Фронт змін», говорил, что только за счет выведения бизнеса из тени правительство надеется получить дополнительно до 70 млрд грн. поступлений в бюджет в год. Ликвидация «схем» и «крыш» на таможне, по его словам, дала еще до 20 млрд грн. в год. Еще около 200 млрд грн. должно было дать наведение порядка в сфере госзакупок (в 2012 г., по оценкам Пышного,  разворовывалось 50% из 400 млрд грн., что шли в эту сферу).

Но, чтобы заплатить за предвыборные обещания, этих средств не хватило. Повышение пенсий для 13 млн пенсионеров, по оценкам Пышного, стоило бюджету 52 млрд млрд грн. в год, а увеличение минимальной зарплаты, в том числе для бюджетников, в два с половиной раза – еще около 100 млрд грн.

А ведь из-за снижения единого социального взноса бюджет и так не досчитался десятков миллиардов. Ставка оппозиции на быстрый выход бизнеса из тени сработала не сразу и не в полной мере – ведь если бизнес научился вовсе не платить налогов с зарплат, заставить его платить даже 20% оказалось проблематичным. В результате, сокращение ЕСВ до приемлемых для бизнеса 20% обернулось потерями в 69 млрд грн. в год. Не зря предупреждал директор Института экономики и прогнозирования НАН Украины Валерий Геец, что больше, чем на 5% в год открыто декларируемые доходы расти не будут. Так и вышло: детенизация экономики дала прирост бюджетных доходов не больше, чем на 35 млрд грн. в год.

Другими словами, предлагаемых компенсаторных механизмов оказалось недостаточно, чтобы быстро профинансировать увеличение дефицита бюджета.

В результате пенсии и зарплаты на бумаге повысили – но выплачивать их не смогли. Перекрыть дефицит попытались за счет новых займов, но из-за несбалансированного бюджета стоимость заемных ресурсов для Украины также поползла вверх. Бросились за помощью к МВФ – но и там получили от ворот поворот. Ведь пенсионная реформа была одним из основных условий для работы с Фондом, и ее отмена вновь увеличила пропасть между руководством фонда и Киевом. Да и в целом, дефицит Пенсионного фонда Украины уже в 2012 году значительно превышал средний показатель в Европе, говорит Игорь Путилин, руководитель аналитического отдела  ИГ «АРТ Капитал». Из-за отмены пенсионной реформы ситуация лишь ухудшилась.

Преодолеть все эти негативы экономика смогла лишь спустя 4-5 лет – когда бюджет, наконец, ощутил эффект от либерализации условий для ведения бизнеса.

Вперед, в прошлое

Повысить доходы госбюджета могло быстрое оживление в экономике, но и его не произошло. Все началось с того, что в 2013 году из Украины уехал глава компании Shell в Украине Грэм Тайли.

Почему? В мае 2012 года Shell подписала соглашение о разделе продукции с правительством Украины на разработку Юзовского месторождения газа. Но одним из ключевых обещаний ОО на выборах была реприватизация нефте- и газоскважин. Придя к власти, оппозиция взялась выполнять обещанное. В числе других, были пересмотрены и результаты конкурса, на котором выиграла Shell. Работать в стране, где результаты любого конкурса могут быть отменены, международная компания больше не захотела.


Стремясь отодвинуть «донецких» от приватизации, оппозиция намерена ввести запрет на приватизацию шахт

Скважинами новая власть решила не ограничиваться. «При режиме Виктора Януковича облэнерго продавали за бесценок. Мы проанализируем результаты их приватизации, и по каждому конкретному случаю будем принимать решение – отменять результаты приватизации или нет», – говорил перед выборами Сергей Соболев, премьер-министр теневого правительства в БЮТ и №8 в списке Объединенной оппозиции. После победы на выборах эти обещания воплотились в жизнь. Отношения были «пересмотрены» с новыми владельцами большинства активов – особенно «донецкими». Страну накрыла очередная волна реприватизации. От активов отодвинули Фирташа, Ахметова, Иванющенко и т.д., но заодно пострадали и не-олигархи.

Стремясь отодвинуть от собственности команду Януковича, оппозиция ввела запрет на приватизацию государственных шахт. Правда, как это всегда случается, когда государство пытается управлять шахтами,  ничего кроме роста травматизма, смертности и себестоимости это не принесло. В результате, говорит Станислав Зеленецкий, аналитик ИГ «АРТ Капитал», налогоплательщики оказались вынуждены поддерживать шахты, у которых себестоимость добычи угля в разы выше, чем рыночная цена угля. Вот вам и еще одна дырка в госбюджете.

Запрет на повышение тарифов ЖКХ для населения также привел к прогнозируемым результатам. Вообще-то он планировался как временный – пока правительство не погасит все долги по зарплате и стипендиям. По словам Пышного, справиться с этой проблемой новый состав парламента надеялся за один-два квартала. Ведь проблема невыплаты зарплаты, по большому счету, до выборов была неактуальна: по данным Укрстата, долги по зарплате за январь-июнь 2012 составляли 962 млн грн. – на 19% ниже, чем в аналогичном периоде 2011 года, говорит Игорь Путилин, руководитель аналитического отдела «АРТ Капитал». Но на фоне существенного роста госрасходов выплата даже этой суммы растянулась на годы, затормозив и реформу ЖКХ.

Повышение тарифов могло уменьшить убыточность ТЭС, сократить дотации из госбюджета и позволить привлечь в отрасль частные инвестиции. Но теперь частному бизнесу ЖКХ оказалось неинтересно, а у государства денег на модернизацию электростанций не было. Как итог, говорит Зеленецкий, – дальнейший износ ТЭС, рост себестоимости производства электроэнергии. И вслед за этим – рост долгов ТЭС по зарплате, а затем и постоянные аварийные остановки станций.

Многие отрасли экономики оказались отброшены назад в развитии. Вместо того чтобы опереться на достижения предыдущей власти в ряде отраслей, оппозиция «откатила» все к первоначальному состоянию, чтобы затем заново начинать реформы. «Учитывая, что время бесценно, это довольно дорогое удовольствие», – говорит Зеленецкий.

 

1 comment

Напишіть відгук